Тезисы Пулакайо

Federación Sindical de Trabajadores Mineros de Bolivia


Тезисы Профсоюзной федерации трудящихся – шахтеров Боливии (Federación Sindical de Trabajadores Mineros de Bolivia – FSTMB)
(Одобрено на основе проекта, представленного делегатами из Льяльягуа)

I. Основы

1. Пролетариат везде в мире, в том числе и в Боливии, представляет собой социально-революционный класс по преимуществу. Трудящиеся шахт, самый передовой и боевитый сектор национального пролетариата, определяют содержание борьбы FSTMB.

2. Боливия – это отсталая капиталистическая страна. В амальгаме различных стадий экономического развития в качественном отношении преобладает капиталистическая эксплуатация, тогда как другие социально-экономические формации представляют собой наследие нашего исторического прошлого. Из этого очевидного факта вытекает доминирующая роль пролетариата в национальной политике.

3. Боливия, несмотря на то, что является отсталой страной, представляет собой только звено в цепи мирового капитализма. Национальные особенности являются сочетанием фундаментальных характеристик мировой экономики.

4. Особенность Боливии состоит в том, что на политической арене не представлена буржуазия, способная ликвидировать помещичье землевладение и другие докапиталистические экономические формы, осуществить объединение нации и освободить ее от ига империализма. Эти до сих пор не осуществленные задачи буржуазной революции представляют собой буржуазно-демократические требования, которые нужно реализовать. Главными проблемами полуколониальных стран являются аграрная революция и завоевание национальной независимости, т.е. освобождение от империалистического гнета. Эти задачи неразрывно связаны друг с другом.

5. «Характерные особенности национальной экономики, сколь бы важны они ни были, во все возрастающей пропорции представляют собой лишь часть более значительной реальности, которая называется мировой экономикой. Этот фундаментальный факт является основой рабочего интернационализма» (а). Развитие капитализма сопровождается растущим значением международных отношений, что находит свое выражение в росте объема внешней торговли.

6. Отсталые страны развиваются под давлением мирового империализма; их развитие носит комбинированный характер; они соединяют в одно и то же время самые примитивные экономические формы с последним словом капиталистической техники и цивилизации. Пролетариат отсталых стран вынужден соединять борьбу за буржуазно-демократические цели с борьбой за социалистические требования. Оба этапа – демократический и социалистический – «не отделены друг от друга историческими периодами, но существуют одновременно, вытекая один из другого» (а).

7. Феодальные сеньоры соединили свои интересы с интересами мирового империализма, в чьих верных слуг они превратились. Отсюда следует, что господствующим классом у нас является класс феодальной буржуазии. Из-за технической отсталости хозяйственное существование помещичьего землевладения было бы невозможно, если бы империализм не подкармливал его, время от времени подбрасывая ему крохи, Империалистическое господство невозможно представить себе изолированно от опоры на правящий креольский класс. Концентрация капитала выражена в Боливии чрезвычайно ярко; достаточно сказать, что три компании контролируют все шахты, т.е. экономический хребет национальной жизни. Правящий класс жаден и мелочен точно так же, как и неспособен осуществить свои собственные исторические задачи, будучи связан своими интересами как с латифундизмом, так и с империализмом. Феодально-буржуазное государство является органом насилия, существующим ради защиты привилегий помещиков и капиталистов. Государство – это могущественный инструмент, который правящий класс использует для подавления своих противников. Только предатели и идиоты могут верить, что государство может встать над борющимися классами и одинаково благожелательно к каждому из них распределять общественный продукт.

8. Средний класс или мелкая буржуазия многочислен, но, вне всякого сомнения, его роль в экономике незначительна. Мелкие торговцы и мелкие собственники, специалисты, чиновники, ремесленники и крестьяне до сих пор не имели возможность проводить независимую классовую политику – и еще меньше будут иметь ее в будущем. Деревня следует за городом, а в городе главенствующая роль принадлежит пролетариату. Мелкая буржуазия следует за капиталистами в периоды «социального мира», когда процветает парламентская деятельность. Она идет за пролетариатом в моменты крайнего обострения классовой борьбы (например, в периоды революции), когда она уверена, что он является единственной силой, способной указать дорогу к освобождению. В обоих случаях независимость мелкой буржуазии – это миф. Очевидно, что в борьбе за реализацию требований буржуазно-демократической революции у мелкой буржуазии есть огромные революционные возможности. Но столь же очевидно, что сама по себе она не сможет эти возможности реализовать.

9. Пролетариат обладает достаточной силой, чтобы реализовать не только свои собственные, но и чужие цели. Его огромный политический вес определяется не его численностью, а его местом в процессе производства. Экономический хребет национальной жизни станет также политическим хребтом будущей революции.
Шахтерское движение в Боливии является одним из самых передовых в Латинской Америке. Реформизм утверждает, что в отсталых странах не может существовать более передовое социальное движение, чем то, которое есть в странах с более развитой техникой. Подобная механистическая концепция прямой зависимости между совершенством машин и политическим сознанием масс множество раз опровергалась историей.

Боливийский пролетариат, вследствие своей крайней молодости и несравненной энергии, вследствие своей девственности в политическом смысле, вследствие отсутствия традиций парламентаризма и межклассового сотрудничества, наконец, вследствие проживания в стране, где классовая борьба всегда приобретала крайне острые формы, вследствие всего этого, боливийский пролетариат может стать одним из самых радикальных в мире. В ответ реформистам, продавшимся олигархии, мы говорим, что пролетариат, обладающий такими качествами, нуждается в самых революционных требованиях и требует от своего руководства беспримерной смелости в борьбе.

II. Тип революции, которая должна осуществиться.

1. Мы, рабочие шахт, не считаем, что можно перескочить через борьбу за буржуазно-демократические задачи: борьбу за элементарные демократические гарантии и за аграрную антиимпериалистическую революцию. Тем более мы не отрицаем существование мелкой буржуазии, прежде всего крестьян и ремесленников. Но мы объясняем, что буржуазно-демократическая революция, чтобы не быть задушенной, должна стать лишь фазой пролетарской революции.

Лгут те, кто утверждает, что мы являемся сторонниками немедленной социалистической революции в Боливии. Мы знаем, что для нее еще не существует объективных условий. Мы ясно говорим, что по своим целям революция в Боливии будет буржуазно-демократической. Но в то же время она станет только эпизодом пролетарской революции, если оценивать ее с точки зрения класса, который ее возглавит.

Пролетарская революция в Боливии не может отстранить от участия в ней другие эксплуатируемые слои нации. Она будет осуществлена при союзе пролетариата с крестьянами, ремесленниками и другими слоями городской мелкой буржуазии.

2. Диктатура пролетариата – это государственная проекция данного союза. Лозунг пролетарской революции и диктатуры пролетариата в ясном свете представляет тот факт, что именно пролетариат будет руководящим ядром этой трансформации и нового государства. Напротив, поддерживать тезис, что буржуазно-демократическая революция как таковая будет осуществлена «прогрессивными» группами буржуазии и что будущее государство станет воплощением формулы национального единства и согласия, означает стремиться к удушению революционного движения рамками буржуазной демократии. Трудящиеся, взяв власть, не могут бесконечно оставаться в рамках выполнения буржуазно-демократических задач. Они будут вынуждены, чем дальше, тем больше, осуществлять радикальное вторжение в право частной собственности. Таким образом, революция приобретет перманентный характер.

III. Борьба против межклассового сотрудничества.

1. Классовая борьба является в конечном счете борьбой за присвоение прибавочной стоимости. Пролетарии, продающие свою рабочую силу, борются за то, чтобы делать это в лучших условиях, а владельцы средств производства (капиталисты) борются за то, чтобы присваивать не оплачиваемый ими продукт труда. Оба класса преследуют противоположные цели. Поэтому их интересы непримиримы. Мы не можем закрывать глаза на то, что борьба рабочих против хозяев – это борьба не на жизнь, а на смерть, потому что в этой борьбе решается судьба частной собственности. В отличие от наших врагов, мы не признаем перемирия в классовой борьбе. Современный этап мировой истории, этап отмщения за страдания человечества, может быть преодолен лишь тогда, когда исчезнут социальные классы, когда больше не будет ни угнетателей, ни угнетенных, ни эксплуататоров, ни эксплуатируемых. Глупым софизмом соглашателей является утверждение, будто надо стремиться не к уничтожению богачей, а к превращению бедняков в богачей. Нашей целью является экспроприация экспроприаторов.

2. Всякое намерение сотрудничать с нашими палачами, всякое стремление к уступкам врагу в нашей борьбе является ничем иным, как предательством трудящихся в интересах буржуазии. Сотрудничество классов означает отказ от всех наших целей. Любое завоевание рабочего класса, даже самое маленькое, было добыто в беспощадной борьбе против капиталистической системы. Мы не верим в возможность компромисса с нашими поработителями, потому что наша программа переходных требований является лишь частью нашей борьбы за пролетарскую революцию.
Мы не реформисты, хотя и предлагаем трудящимся самую радикальную программу борьбы за частичные реформы; мы, прежде всего, революционеры, потому что стремимся к преобразованию самой структуры общества.

3. Мы отвергаем мелкобуржуазную иллюзию, что проблемы рабочего класса можно решить, передав их на усмотрение государства или других институтов, выдающих себя за нейтральных посредников в борьбе между классами. Подобное решение, как показывает весь опыт истории национального и интернационального рабочего движения, всегда означает решение в интересах капиталистов за счет голода и угнетения пролетариата. Принудительный арбитраж (b) и легальная регламентация средств борьбы трудящихся являются, в общем и целом, началом поражения пролетариата.

Когда это возможно, мы боремся за отмену принудительного арбитража.

4. Реализация нашей программы переходных требований, которая должна привести нас к пролетарской революции, всегда подчинена классовой борьбе. Мы горды нашей непримиримостью в вопросах компромиссов с хозяевами. Наша главная задача – бороться против реформистов, говорящих о «национальном спасении», и уничтожить их. Пока существует голод и угнетение рабочих, не будет национального величия, будет только национальная нищета и национальный позор. Мы уничтожим капиталистическую эксплуатацию.

IV. Борьба против империализма.

1. Для шахтеров классовая борьба – это прежде всего борьба против крупных шахтовладельцев, иными слова, борьба против империализма янки, который нас угнетает. Освобождение эксплуатируемых подчинено борьбе против международного капитализма.

Ввиду того, что мы боремся против международного капитализма, мы представляем интересы всего боливийского общества и имеем общие цели борьбы с угнетенными всего мира. Уничтожение империалистического господства – это необходимое предварительное условие модернизации нашего сельского хозяйства и создания в Боливии легкой и тяжелой промышленности.

Мы находимся в одинаковом положении со всем мировым пролетариатом, вместе с ним мы боремся за уничтожение другой столь же мировой силы: империализма.

2. Мы разоблачаем как заведомых врагов пролетариата «левых», пошедших в услужение империализму янки и разглагольствующих о величии «демократии» Севера (с) и об ее мировом всемогуществе. Нельзя говорить о демократии, когда 60 семей контролируют Соединенные Штаты и когда эти 60 семей сосут кровь из полуколониальных стран, в том числе из нашей страны. Всемогуществу янки соответствует громадное накопление и обострение противоречий внутри их капиталистической системы. США – это пороховая бочка. Достаточно одной искры, чтобы там произошел взрыв. Мы выражаем нашу солидарность с пролетариатом США и намерение бороться не на жизнь, а на смерть с североамериканской буржуазией, которая живет за счет грабежа и угнетения всего мира.

3. Политика мирового империализма, которая определяет собой боливийскую политику, обусловлена особенностями монополистического этапа в развитии капитализма. Империалистическая политика не может быть ничем иным, как политикой угнетения и грабежа, политикой все большего превращения государства в послушный инструмент эксплуататоров. Разговоры о политике «добрососедства», «панамериканизма» и т.п. являются всего лишь лживыми фразами, которые использует империализм янки и креольская феодальная буржуазия, чтобы обманывать народы Латинской Америки. Система взаимных дипломатических консультаций, создание международных банковских институтов с привлечением денег из угнетенных стран, уступки янки стратегических военных баз, щедрые контракты на продажу сырье и т.д. – все это замаскированные формы сдачи южноамериканских стран их правительствами во власть ненасытного империализма США. Бороться против этой капитулянтской политики и разоблачать империализм каждый раз, когда он показывает свой звериный оскал, это элементарный долг пролетариата.

Янки не ограничиваются тем, что диктуют нам состав наших правительств. Они идут дальше. Их цель – поставить под свой контроль всю политическую деятельность в полуколониальных странах. Именно это является содержанием их ожесточенной борьбы против революционеров-антиимпериалистов.

V. Борьба против фашизма.

1. Наша борьба против империализма должна развиваться параллельно с нашей борьбой против капитулянтской феодальной буржуазии. Антифашизм является, на практике лишь подчиненной частью этой борьбы: защитой и развитием демократических гарантий и уничтожением реакционных банд, вооружаемых и содержимых буржуазией.

2. Фашизм – это продукт мирового капитализма. Фашизм – последняя стадия разложения империализма, но от этого он не перестает быть всего лишь стадией империализма. Когда организуется насилие государства, чтобы защитить капиталистические привилегии и физически разгромить рабочее движение, мы имеем дело с фашистским режимом (d). Буржуазная демократия – это чрезмерная роскошь. Ее могут позволить себе только страны, накопившие большие запасы жира за счет голода в других странах. В бедных странах, подобных нашей Боливии, рабочие обречены в определенный момент столкнуться с языком пушек.

Неважно, как будет называть себя политическая партия, вынужденная ради защиты империалистических интересов использовать средства, оставленные фашизмом. Любое правительство, желающее поддерживать функционирование капиталистической системы, неизбежно вынуждено прибегнуть к насилию против рабочих.

3. Борьба против фашиствующих микрогрупп должна быть подчинена борьбе против империализма и феодальной буржуазии. Те, кто под предлогом борьбы с фашизмом капитулируют перед «демократическим» империализмом и столь же «демократической» феодальной буржуазией, всего лишь мостят дорогу к неизбежной победе профашистского режима.

Чтобы окончательно уничтожить угрозу фашизма, мы должны разрушить капитализм как систему.

Чтобы бороться против фашизма, нужно не смягчать искусственно классовые противоречия, а, напротив, энергично вести классовую борьбу.

VI. FSTMB и текущая ситуация.

1. Революционная ситуация 21 июля, созданная выходом на улицу эксплуатируемых масс, лишенных хлеба и свободы, а также оборонительным боевым действием шахтеров, вынужденных защищать уже достигнутые завоевания и стремиться к новым, вследствие предательства реформистов, пошедших на союз с феодальной буржуазией, позволила крупным шахтовладельцам непосредственно овладеть всей государственной машиной. Пролитая народом кровь послужила лишь тому, что его враги консолидировались у власти. Тот факт, что Правительственная Хунта провозгласила себя лишь временным органом власти, ничего не изменяет в данной ситуации.

Шахтеры правильно сделали, что заняли выжидательную позицию по отношению к правительству и требуют от предпринимателей соблюдения действующих в стране законов. Мы не можем и не должны солидаризоваться ни с каким правительством, которое не является нашим, иными словами, рабочим, правительством. Мы не можем делать это потому, что государство всегда представляет интересы господствующего социального класса (е).

2. «Рабочие» министры ничего не меняют в природе буржуазного правительства. Вследствие того, что государство защищает капиталистическое общество, «рабочие» министры превращаются в вульгарных холуев буржуазии. Рабочий, имевший слабость променять место в рядах борцов за революцию на министерскую буржуазную карьеру, безвозвратно переходит в ряды предателей. Буржуазия использует «рабочих» министров, чтобы лучше обманывать трудящихся, чтобы убедить угнетенных отказаться от собственных методов борьбы и отдаться душой и телом под покровительство «рабочего» министра.

3. Ближайшие выборы кончатся победой крупных шахтовладельцев, потому что способ проведения выборов не имеет ничего общего с демократией. Большинство населения, индейцы и огромная часть пролетариата, вследствие избирательного закона, лишающего права голоса неграмотных, лишены возможности участвовать в выборах. Группы мелкой буржуазии, развращенной в результате работы правящего класса, определят результат выборов. У нас нет никаких иллюзий относительно парламентской борьбы.

Мы, рабочие, не можем прийти к власти с помощью избирательных бюллетеней. Мы завоюем власть только с помощью социальной революции. Поэтому мы заранее провозглашаем, что наше отношение к будущему правительству ничем не будет отличаться от нашего отношения к нынешней временной Правительственной Хунте (f). Если оно будет исполнять законы – хорошо, ради этого оно и поставлено у власти (g). Но если оно откажется их исполнять, оно столкнется с нашим самым энергичным протестом.

VII. Переходные требования.

Каждая профсоюзная ячейка, каждый шахтерский регион имеют свои особенности, и активисты профсоюза должны учитывать эти особенности. Но есть проблемы, которые объединяют рабочих всей наций: растущая нищета и хозяйский локаут, которые с каждым днем приобретают все более угрожающие масштабы. Против этих угроз FSTMB предлагает радикальные меры.

1. Минимальная базовая зарплата и подвижная шкала зарплат.

Уничтожение системы продуктовых лавочек (h) и растущей диспропорции между минимальным жизненным уровнем и реальной зарплатой требует введения системы минимальной заработной платы.

Как уже предложил Третий съезд шахтеров в Катави-Льяльягуа (март 1946 года) минимальная базовая зарплата должна быть дополнена системой подвижной шкалы заработной платы. Только так мы можем добиться того, что рост цен будет корректироваться периодическими повышениями заработной платы.

Так мы сможем положить конец постоянному стремлению буржуазии аннулировать рост зарплаты работников обесцениванием денег и ростом, почти всегда искусственным, цен на продукты первой необходимости. Профсоюзы должны взять на себя контроль за ценами, и требовать от предпринимателей автоматического повышения зарплаты в соответствии с ростом цен. Минимальная зарплата не должна быть постоянной величиной, но должна следовать за колебаниями цен на продукты первой необходимости.

2. 40-часовая рабочая неделя и подвижная шкала рабочего времени.

Модернизация шахт увеличивает ритм труда рабочего. Сама природа труда под землей превращает 8-часовой рабочий день в чрезмерный, и самым негуманным образом уничтожает жизненные силы рабочего. Сама борьба за лучший мир требует, чтобы человек был освобожден каким-то образом от порабощения шахтой. Поэтому FSTMB борется за переход к 40-часовой рабочей неделе, что должно быть дополнено введением подвижной шкалы рабочего времени (1).

Единственный способ эффективно бороться против постоянной угрозы хозяйского локаута состоит в введении подвижной шкалы рабочего времени, что позволит уменьшить продолжительность рабочего времени в той мере, в какой растет число безработных. Подобное уменьшение не должно означать сокращение заработной платы, потому что последняя должна включать в себя удовлетворение всех жизненных потребностей работника.

Только подобные меры позволят нам избежать того, что кадры рабочего класса будут разрушены нищетой, а хозяйский локаут искусственно увеличит число безработных.

3. Захват шахт.

Капиталисты пытаются остановить растущее рабочее движение с помощью аргумента, что они вынуждены закрывать шахты, чтобы избежать убытков. Они используют этот довод против профсоюзов, угрожая им призраком увольнений. Кроме того, как показывает опыт, временная пауперизация служит тому, чтобы избежать действия прогресса социальных законов и поставить рабочих, под давлением голода, в поистине позорные условия.

Крупные предприниматели придерживаются системы двойных стандартов. Один стандарт служит для того, чтобы обманывать рабочих и платить налоги, другой – для того, чтобы распределять растущие дивиденды. Мы не можем достичь удовлетворения наших стремлений, если не покончим с этой политикой двойных стандартов.
Рабочие, отдававшие свои жизни в эпоху процветания предприятий, имеют право требовать, чтобы их не лишали работы в периоды, которые не являются благоприятными для капиталистов.

Право на труд – это требование, обращенное не к тому или иному отдельному капиталисту, но к системе в целом. Поэтому нас не волнуют причитания затронутых этим требованием мелких предпринимателей.

Если хозяева больше не способны дать своим рабам даже кусок хлеба, если капитализм, чтобы продолжить свое существование, вынужден посягать на зарплату и уже достигнутые завоевания работников; если капиталисты отвечают на каждое требование трудящихся угрозой закрыть предприятие, у трудящихся остается единственное средство – захватить шахту и взять управление производством в свои руки.

Захват шахт сам по себе уже выходит за рамки капитализма, потому что ставит вопрос ребром: кто является настоящим хозяином на шахте – капиталисты или трудящиеся. Захват шахт не нужно отождествлять с социализацией шахт. Речь идет пока что только о том, чтобы покончить с хозяйским локаутом, который осуждает трудящихся на голодную смерть. Захватные стачки должны стать одной из главных целей FSTMB.

Декрет Правительственной Хунты, запрещающий захват шахт работниками, ничуть не изменит нашей позиции. Мы знаем, что в подобных случаях невозможно рассчитывать на помощь правительства. Зная, что мы не можем надеяться на покровительство законов, мы будем вынуждены захватывать шахты вопреки законам, не платя никаких компенсаций капиталистам.

В ходе захвата шахт должны возникнуть Комитеты шахты, в которых будут участвовать все рабочие, в том числе и не состоящие в профсоюзе. Комитет шахты должен решить судьбу и шахты, и рабочих, участвующих в производстве.

4. Коллективный трудовой договор.

Согласно нашему законодательству, хозяин может свободно выбирать, будет ли он заключать с рабочими индивидуальные договора или коллективный трудовой договор. Из-за того, что она невыгодна предпринимателям, практика коллективных трудовых договоров до сих пор фактически отсутствует. Мы боремся за то, чтобы установилась единственная форма трудового договора: коллективный трудовой договор.

Нельзя допускать, чтобы всемогуществу капиталистов рабочие противостояли по одиночке. В данном случае невозможно говорить о свободном согласии и свободном договоре. Свободного договора нет там, где угроза голодной смерти заставляет принимать самые тяжелые условия труда.

а). Коллективный трудовой договор должен быть отменяем в любой момент в соответствии только с волей профсоюза;

b). Действие трудового договора должно распространяться также на рабочих, не входящих в профсоюз. Рабочий, впервые нанимающийся на работу, должен быть охвачен уже существующим трудовым договором;

с). Коллективный трудовой договор не должен отменять более благоприятные условия, которые уже есть у некоторых рабочих в результате индивидуальных трудовых договоров;

d). Исполнение трудового договора и сам трудовой договор должны находиться под контролем профсоюзов.
Коллективный трудовой договор должен стать исходным пунктом нашей программы переходных требований.

5. Независимость профсоюзов.

Мы сможем добиться осуществления наших целей лишь в том случае, если освободимся от влияния всех групп буржуазии и ее «левых» агентов. Подчиненные правительству профсоюзы представляют собой сифилис рабочего движения. Профсоюзы, став придатками правительства, теряют свободу действия и ведут массы по пути поражения.

Мы разоблачаем Конфедерацию профсоюзов трудящихся Боливии (Confederación Sindical de Trabajadores de Bolivia (CSTB)) как правительственную агентуру в рабочем движении. Мы не можем доверять организации, чей офис находится в Министерстве труда и чьи функционеры осуществляют проправительственную пропаганду.

FSTMB сохраняет абсолютную независимость в отношениях с разными группами буржуазии, левыми реформистами и правительством. Мы проводим революционную профсоюзную политику и разоблачаем как предательство любое сотрудничество с буржуазией или с правительством.

6. Рабочий контроль на шахтах.

FSTMB поддерживает все меры, которые предпринимают профсоюзы, чтобы осуществить эффективный рабочий контроль над всеми сторонами функционирования шахт. Нужно покончить со всеми хозяйскими секретами в области эксплуатации шахт, технологии, бухгалтерской отчетности и т.п. Нужно осуществить прямое вмешательство рабочего класса в разоблачение этих «секретов». Поскольку нашей целью является захват шахт, мы заинтересованы в том, чтобы все хозяйские секреты были выставлены на дневной свет.

Рабочие должны контролировать технику эксплуатации, бухгалтерские книги, должны вмешиваться в назначение технических специалистов. Но, прежде всего, нужно интересоваться размером прибылей, которые получают крупные шахтовладельцы, и мошенническими уловками, которые они используют, чтобы не платить налоги государству и взносы в кассы социального страхования.

7. Вооружение трудящихся.

Мы уже говорили, что пока существует капитализм, насильственное подавление рабочего движения остается постоянной угрозой. Если мы хотим избежать повторения бойни в Катави (i), нам нужно вооружить трудящихся. Для борьбы со штрейкбрехерами и фашистскими бандами нужны хорошо вооруженные рабочие пикеты.

Где взять оружие? Прежде всего, нужно объяснить рабочим, что они должны вооружиться против вооруженной до зубов буржуазии, а уж как вооружиться, рабочие разберутся. Неужели мы забыли, что мы, шахтеры, каждый день работаем с помощью динамита?

Нужно в максимально короткий срок организовать военизированные профсоюзные пикеты.

8. Стачечная касса.

Предприниматели контролируют рабочих с помощью продуктовых лавочек и нищенских зарплат, из-за которых у рабочих нет других средств на жизнь, кроме получаемых в конце рабочего дня денег. Злейший враг забастовки – это голод, от которого страдают забастовщики. Чтобы забастовка кончилась победой, нужно избежать давления голода. Профсоюзы должны направлять часть своих средств на пополнение стачечной кассы, чтобы в случае необходимости иметь возможность оказать рабочим требующуюся помощь.

9. Регламентация уничтожения продуктовых лавочек.

Мы уже говорили, что система продуктовых лавочек позволяет хозяевам обогащаться за счет зарплаты рабочих. Простая отмена продуктовых лавочек только ухудшит положение трудящихся и станет средством, враждебным их интересам.

Чтобы отмена продуктовых лавочек имела положительное значение для рабочих, она должна происходить параллельно с введением подвижной шкалы заработной платы и с установлением системы минимальной заработной платы.

10. Отмена труда «по договору».

Предприниматели, чтобы обойти закон о максимальной продолжительности рабочего дня и в наибольшей степени эксплуатировать рабочих, выдумали разные формы труда «по договору». Мы должны покончить с этим новым маневром капиталистов, к которому они прибегают в целях грабежа. Должна быть введена единая система зарплаты за дневной труд.

VIII. Прямое действие масс и парламентская борьба.

Мы подтверждаем, что в методах пролетарской борьбы ведущее место принадлежит прямому действию масс. Мы знаем, что своего освобождения мы можем добиться только сами и что для того, чтобы добиться этой цели, мы не должны сотрудничать с силами, чуждыми нам. Поэтому в период подъема рабочей борьбы мы предпочитаем метод борьбы, заключающийся в прямом действии масс, которое состоит прежде всего в забастовках и захватах шахт. Если это возможно, мы предпочитаем избегать забастовок по незначительным поводам, которые только ослабляют наши силы. Мы уже преодолели период локальных забастовок. Изолированные забастовки позволяют буржуазии концентрировать свое внимание и силы в одном пункте. Каждая забастовка должна начинаться с намерением превратить ее во всеобщую забастовку. Более того. Стачки шахтеров должны расширяться и втягивать в себя другие группы пролетариата и мелкой буржуазии. На повестку дня встают забастовки с захватом шахт. С момента начала забастовки стачечники должны контролировать ключевые пункты шахты, и, прежде всего, контролировать склады с динамитом.

Мы заявляем, что, ставя на первое место прямое действие масс, мы не отрицаем важность других методов борьбы.

Революционеры должны присутствовать во всех местах, где социальная жизнь противопоставляет друг другу борющиеся классы.

2. Парламентская борьба важна, но в период подъема революционного движения она занимает второстепенное место. Парламентаризм не должен играть решающей роли, но должен быть подчинен прямому действию масс.

В моменты отката массового движения, когда массы отказываются от борьбы, и буржуазия вновь занимает позиции, которые она оставила прежде, парламентаризм может выходить на первый план. Вообще говоря, буржуазный парламентаризм не решает фундаментальную проблему нашей эпохи: судьбу частной собственности. Ее судьбу решают только трудящиеся на улицах. Хотя мы и не отрицаем использование парламентаризма, мы подчиняем его определенным условиям. Мы должны провести в парламент испытанные революционные элементы, которые солидарны с нашей профсоюзной политикой. Парламент должен быть превращен в революционную трибуну. Мы знаем, что наши представители будут там в меньшинстве, но они должны использовать парламент для разоблачения маневров буржуазии. Но, прежде всего, парламентская борьба должна быть непосредственно связана с прямым действием масс. Представители рабочих вообще и шахтеров в особенности должны подчиняться в парламенте одному руководству – принципам данных тезисов.

3. На ближайших выборах наша задача состоит в том, чтобы провести в парламент максимально сильный рабочий блок. Мы заявляем, что хотя и являемся противниками парламентаризма, мы не можем оставить это поле деятельности в бесконтрольном распоряжении наших классовых врагов. Наш голос должен звучать также и с парламентской трибуны.

IX. Буржуазному лозунгу национального единства мы противопоставляем единый пролетарский фронт.

1. Мы – солдаты классовой борьбы. Мы говорим, что борьба против эксплуататоров – это борьба не на жизнь, а на смерть. Поэтому мы хотим уничтожить всякое стремление к сотрудничеству классов в рядах рабочего движения. Дорога к предательству была открыта с помощью печально известных Народных Фронтов (k), т.е. фронтов, которые, забывая о классовой борьбе, объединяли в своих рядах рабочих, мелкую буржуазию и отдельные группы самой буржуазии. Призыв к «национальному единству» является самым циничным выражением отрицания классовой борьбы, выдачи рабочих их палачам и финальной точкой вырождения народных фронтов. Буржуазный лозунг «национального единства» выдвигают реформисты. «Национальное единство» означает единство буржуазии с ее холуями в целях сохранения ее господства над трудящимися. «Национальное единство» означает поражение эксплуатируемых и победу олигархии. Невозможно говорить о «национальном единстве», пока нация разделена на классы, борющиеся не на жизнь, а на смерть. Пока существует режим, основанный на частной собственности, только предатели и платные агенты империализма могут осмеливаться говорить о «национальном единстве».

2. Буржуазному лозунгу «национального единства» мы противопоставляем Единый Пролетарский Фронт (ЕПФ). Объединение в монолитный блок всех трудящихся и всех революционных элементов – это категорическая необходимость, чтобы разрушить капитализм, объединенный в единый блок.
Ввиду того, что мы используем методы пролетарской революции и не отказываемся от классовой борьбы, мы приложим все усилия, чтобы выковать Единый Пролетарский Фронт.

3. Чтобы избежать влияния буржуазии, чтобы воплотить в жизнь наши стремления, чтобы мобилизовать массы на пролетарскую революцию, нам нужен Единый пролетарский фронт. Революционные элементы, согласные с нашими фундаментальными целями, и пролетарские организации (железнодорожники, фабрично-заводские рабочие, печатники, водители и т.д.) будут со всей душой приняты в единый пролетарский фронт. В последнее время Профсоюзная конфедерация трудящихся Боливии (CSTB) выдвигает лозунг левого фронта. До сих пор непонятно, с какими целями она предлагает создать этот фронт. Если речь идет только предвыборном маневре и о попытке навязать трудящимся мелкобуржуазное руководство – а CSTB является мелкобуржуазной организацией, мы заявляем, что не имеем ничего общего с таким левым фронтом. Но если окажется, что внутри этого фронта можно будет установить господство пролетарской мысли и пролетарских целей, содержащихся в данных Тезисах, мы со всеми нашими силами пойдем в этот Левый Фронт, который в итоге окажется ни чем иным, как Единым Пролетарским фронтом, только с другим названием и с небольшими отличиями.

X. Единый рабочий центр.

Борьба пролетариата требует единого командования. Необходимо создать могущественный ЕДИНЫЙ РАБОЧИЙ ЦЕНТР. История CSTB объясняет нам способ, каким мы можем прийти к этой цели. Если профсоюзные федерации превращаются в покорные инструменты политических партий мелкой буржуазии, если они идут на соглашения с буржуазией, они перестают быть представителями эксплуатируемых. Наша задача – помешать маневрам купленных буржуазией профсоюзных бюрократов и лидеров ремесленников. Профсоюзный центр боливийских трудящихся должен быть создан на истинно демократических основах. Мы устали от мелочных маневров с целью завоевать большинство. Мы не должны позволить, чтобы голос союза из ста ремесленников значил столько же, сколько голос профсоюза шахтеров, насчитывающего приблизительно семьдесят тысяч рабочих. Политика организаций, охватывающих большинство рабочего класса, не должна аннулироваться голосованием практически не существующих организаций. Степень влияния различных профсоюзных федераций в Едином профсоюзном центре должна зависеть от численности их членов (l).

Сверх того, наша задача – предложить профсоюзной федерации истинно революционную программу, которая должна основываться на принципах, изложенных в данном документе.

XI. Договоры и компромиссы.

1. С буржуазией мы не заключаем никаких союзов и не идем ни на какие компромиссы.

2. С мелкой буржуазией как классом, но не с ее политическими партиями, мы можем создавать союзы и заключать компромиссы. Левый фронт и Единый Профцентр являются примерами таких союзов, хотя нужно бороться, чтобы пролетариат был руководящей силой внутри данных блоков. Если будут предприниматься попытки поставить пролетариат в подчиненную роль по отношению к мелкой буржуазии, нам нужно будет отказываться от таких союзов и выходить из них.

3. Многие пакты и компромиссы с различными группами мелкой буржуазии не могут быть осуществлены, но они также являются могущественным орудием в наших руках. Эти компромиссы, если они проникнуты революционным духом, позволят нам разоблачить предательство вождей мелкой буржуазии и привлечь к нашим позициям идущие пока за ними массы. Заключенный в июле, но так и не реализованный союз рабочих и студентов является примером, как не осуществленный договор может нанести ущерб нашим врагам. Когда несколько деклассированных студентов совершили нападение на нашу организацию в Оруро, трудящиеся вместе с революционными студентами напали на организаторов этого покушения и убедили в своей правоте студентов. Каждый заключенный нами пакт должен иметь исходным пунктом принципы, содержащиеся в данном документе (2).

Осуществление любого договора зависит от того, сможем ли мы, шахтеры, начать наступление на буржуазию. Мы не можем ожидать осуществление такого шага от мелкобуржуазных групп. Вождем революции будет пролетариат.

Революционное сотрудничество рабочих и крестьян является центральной задачей FSTMB. Такое сотрудничество – ключ к победе будущей революции. Рабочие должны помочь организовать крестьянские союзы и работать вместе с индейскими общинами. Для этого сотрудничества необходимо, чтобы шахтеры поддерживали борьбу крестьян против помещиков и привлекали к своей революционной деятельности другие группы пролетариата, который мы должны объединить. К этому объединению мы должны также привлечь эксплуатируемые группы ремесленников: мастеров, подмастерьев и учеников.

Пулакайо, 8 ноября 1946 года.

1) Первый чрезвычайный съезд FSTMB дополнил этот пункт параграфом о необходимости борьбы за 36-часовую рабочую неделю для женщин и детей.

2) Первый чрезвычайный съезд FSTMB ратифицировал договор рабочих и студентов, заключенный в Оруро 29 июля 1946 года.

Перевод: Марлен Инсаров

Комментарии переводчика:

а) Это – цитата из Троцкого.

b) Принудительный арбитраж – система, когда решение конфликта между рабочими и хозяевами передается на усмотрение государства, причем это решение является обязательным для обеих сторон конфликта.

с) Во время Второй мировой войны и сразу после нее промосковские «коммунистические» партии в Латинской Америке, подчиняясь приказу Кремля, во имя «антифашизма» превратились в пособников империализма США и местной олигархии. В Боливии такую роль играла Левая революционная партия (PIR).

d) Это – расширенное понимание фашизма и под такое определение попадает любая открыто-террористическая диктатура буржуазии.

e) 21 июля 1946 года прогрессивное националистическое правительство Вилльяроэля было свергнуто в результате народного восстания в Ла Пасе. В восстании участвовали трудовые слои Ла Паса (ремесленники, железнодорожники, учителя и студенты и т.п.), но в результате восстания власть перешла к ставленникам олигархии. Узнав о свержении Вилльяроэля и его гибели, боливийские шахтеры хотели пойти с динамитом на Ла Пас, чтобы отомстить за его гибель. POR выступила против этого, считая, что такой поход приведет к гражданской войне между трудящимися классами, поскольку трудящиеся Ла Паса, в отличие от шахтеров, пока еще верили новому олигархическому правительству. Через 6 лет это олигархическое правительство было свергнуто совместным восстанием шахтеров и трудящихся столицы.

f) В испанскоязычной политической терминологии слово «Хунта» – Комитет – означает любую власть, установившуюся с нарушением старых законов, независимо от того, является ли эта власть реакционной или прогрессивной, кровавой или умеренной. В начале Войны за независимость Чили, в 1811 году, население Сантьяго скандировало на улицах «Даешь Хунту!», но в данном случае под «Хунтой» подразумевался выборный населением города повстанческий комитет. С лозунгом «Хунта буде!» это не имело ничего общего.

g) Речь идет о соблюдении прогрессивного трудового законодательства, введенного при военных режимах 1936-1939 и 1943-1946 годов.

h) Система продуктовых лавочек – система, когда часть зарплаты выдается талонами на право покупки продуктов в лавочках при предприятии.

i) Бойня в Катави – подавление забастовки шахтеров в Катави в декабре 1942 года, когда погибли сотни человек.

k) Народные Фронты – предложенные сталинизованным Коминтерном в 1935 году, во имя борьбы с фашизмом, союзы пролетариата с мелкой буржуазией и «прогрессивной» крупной буржуазией. Правительства Народных Фронтов пришли к власти в Испании (1936 год), Франции (1936 год) и Чили (1938 год). Во всех случаях для пролетариата это кончилось в конечном итоге плохо.

l) Шахтерский «троцкистский синдикализм» в Боливии отдельными чертами, а именно признанием непримиримости классовой борьбы и соединением радикальной борьбы за экономические требования с борьбой за пролетарскую революцию, напоминает французский революционный синдикализм начала 20 века. Но этот последний преобладал в небольших профсоюзах, поэтому отстаивал принцип, что в профсоюзной федерации каждый профсоюз, независимо от числа членов, должен иметь один голос. В Боливии дела обстояли по-другому. Революционные настроения господствовали в мощном шахтерском профсоюзе и были намного слабее в мелких профсоюзах ремесленников.